Иранские нарративные источники по истории туркмен это — те же произведения исторической и повествовательной литературы на персидском языке, часть которых давно известна и пользовалась популярностью как на Востоке, так и среди европейцев, будучи представлена в большом количестве манускриптов и изданий, часть же ограничена лишь несколькими списками и даже уникумами. Одной из причин широкой популярности и распространенности в списках некоторых исторических сочинений Ирана можно считать уменье их авторов угодить вкусам и литературным запросам феодальных кругов Ирана, Индии и Средней Азии, иногда в ущерб полноте и правдивости сообщаемых сведений.

Такие популярные исторические сочинения, большею частью компилятивные по своему составу, как, например, «Раузат-ус-сафа» Мирхонда» раньше других стали известны в Европе и были использованы как «первоклассные» исторические источники, заслонив свои первоисточники, ценные и полнотой и непосредственной близостью к изображаемым событиям; на эти первоисточники лишь недавно обращено вполне заслуженное ими внимание, и они постепенно издаются и переводятся на европейские языки.

Указанные нарративные источники, кроме того, распадаются на истории общего характера, летописи, в которых изображаются события всего известного автору и его эпохе мира с древнейших времен; эти общие летописи, разумеется, носят компилятивный характер, отношение их авторов к первоисточникам, как правило, лишено элементарной критичности, текст большей частью выписывается целиком, слово в слово, очень часто без указания имени автора, или же по разным соображениям подвергается изменениям и переделкам; таковы летописи Мирхонда и его продолжателей Хондемира и Риза-кули-хана.

В противоположность этим универсальным историям, истории частные излагают события определенной эпохи, касающиеся определенной исторической личности, например «Тарих-и-алям-ара-и-Аббаси» (История шаха [8] Аббаса I) Искандера Мунши или «Надир-намэ» Мухаммеда Казима. В таких летописях почти всегда много интересных подробностей, автор их иногда является современником и даже участником описываемых событий.

Изложение в этих исторических произведениях (общих и частных) хронологическое, часто из года в год, материал распределяется на большое число отделов, носящих разные названия; в конце отделов часто приводятся списки выдающихся личностей за описываемый период с подробными о них сведениями.

Стиль большинства летописей — в высшей степени вычурный и цветистый, отражающий вкусы и требования феодальной эпохи Востока.

Отдельную группу исторических источников составляют сочинения особого жанра - дневники-описания путешествий. Для XIX в. мы имеем два таких произведения: отчет о посольстве в Хиву Риза-кули-хана и дневник путешествия шаха Насир-эд-дина в Хорасан, составленный Хаким- уль-мамаликом. Сюда же можно отнести и насыщенный историческими сведениями дневник путешествия того же шаха в Хорасан, составленный Мухаммед Хасан-ханом.

"Хабиб-ус-сияр"

Иранские исторические повествования XVI в. открываются капитальным трудом по всеобщей истории, озаглавленным «Хабиб-ус-сияр фи ахбар- и-афрад-иль-башар», сокращенно «Хабиб-ус-сияр» («Друг жизнеописаний») Хондемира. Этот труд в некоторых отношениях сходен с большим и универсально популярным и на Востоке и в Европе историческим сочинением конца XV в. «Раузат-ус-сафа» Мирхонда, извлечения из которого помещены в I томе, но стиль его в общем более изыскан, богат метафорами, с другой стороны, более сжат, более лаконичен и вместе с тем ясен. «Хабиб-ус-сияр» принадлежит к числу немногих иранских исторических произведений, в которых автору удается в немногих, сравнительно, выражениях изложить целый ряд фактических данных; при всем том содержание его шире, чем у Мирхонда, так как им. охвачен ряд династий, пропущенных у последнего. Очень ценным элементом надо признать биографическую часть — жизнеописания выдающихся деятелей соответствующих эпох, как добавление в конце изложения истории отдельных династий. «Хабиб-ус-сияр» делится на три тома (муджалляд) по четыре части (джуз) в каждом. Существует несколько литографических изданий его на Востоке (B Бомбее в 1273 г. х. (1856/57 г.), in fol., v. I, II; в Тегеране в 1271 г. х. (1854/55 г.): I — 197 стр., II — 228 стр., III — 424 стр) и значительное количество рукописей в библиотеках мира. Европейские ученые пользовались им неоднократно для своих работ, напр. В. Дорн для своей истории Табаристана и сарбедаров, Эллиот для истории Индии и др. Для истории туркмен и Туркменистана XVI в. сведения рассеяны [9] в третьем томе: маршруты походов в Хорезм, Везир, Адак, Астрабад, а также события в Мерве.

Автором «Хабиб-ус-сияр» является Гияс-уд-дин ибн Хумам-уд-дин,, прозванный Хондемиром. Родился он в. Герате около 1476 г. и приходился внуком знаменитому иранскому историку Мирхонду, по смерти которого в 903 г. х. (1498 г.) он обработал и закончил седьмой том его всеобщей истории «Раузат ус-сафа» («Сад чистоты») и географическое к ней добавление, пользуясь, как и дед, покровительством министра тимуридского государя султана Хусейн-и-Байкара (878-912 гг. х. — 1473-1606 гг.) и просвещенного мецената той эпохи Мир-Али-Шира (род. 844 г. х. — 1440/41 г., умер в 906 г. х. — 1501 г.) и его обширным собранием рукописей исторических сочинений.

Хондемир приступил к составлению своей всеобщей истории «Хабиб- ус-сияр», по-видимому, в 927 г. х. (1621 г.) и закончил ее в 930 г. х. (1524 г.), за несколько месяцев до смерти шаха Ирана Исмаила I, посвятив ее своему покровителю, правителю Герата ходже Хабибуллаху, по имени которого и названа история. По приглашению султана Бабура, одного из тимуридов, основателя империи великих моголов в Индии, Хондемир прибыл в 934 г. х. (1527/28 г.) ко двору его в Агру, по предложению его преемника Хумаюна составил сборник правил и узаконений Хумаюна и описание возведенных им зданий под заглавием «Хумаюн-намэ» (в 940 г. х. — 1533/34 г.). Хондемир умер в Гуджерате в 941 г. х. (1534/35 г.).

"Ахсан-ут-таварих"

Одним из первоисточников для истории первых двух сефевидов — шаха Исмаила I (907-930 гг. х. — 1502-1524 гг.) и шаха Тахмаспа I (930- 984 гг. х. — 1524-1576 гг.) — считается «Ахсан-ут-таварих» («Наилучшая из летописей»), мало популярный и мало использованный труд, так как он существовал до сих пор в чрезвычайно ограниченном количестве рукописей и лишь недавно издан в Индии с английским переводом, («Ahsan-ut-Tawarikh». History of the Safavi Period of Persian History, 15th and 16th centuries, by Hasan-i-Rumlu. Ed. by C. N. Seddon, Baroda 1932; v. II Engl, transl. 1934, 8°) между тем как первоисточник, на который ссылаются позднейшие более популярные истории, напр., Искандера Мунши (см. ниже), «Ахсан-ут-таварих» надо признать чрезвычайно важным; таким образом он разделяет судьбу многих других первоисточников, вытесненных позднейшими компиляциями. Рукопись Государственной Публичной библиотеки в Ленинграде, (№ 287 по каталогу Дорна (стр. 277-278) написанная, по-видимому, в первой половине XVII в., т. е. вскоре после изображаемых в ней событий, содержит только два тома из десяти: девятый (сохранилась лишь часть), по словам самого автора (л. 138b), охватывает период 800-899 гг. х. (1397-1493 гг.) и повествует «о падишахах румских, чагатайских [10] и о караманской династии»; историю первых двух сефевидов содержит собственно десятый том, обнимающий время 900-986 гг. х. (1494-1577 гг.); сюда же вошли и «дела султанов румских, хаканов чагатайских, ханов узбекских, знаменитых ученых, везиров и поэтов, бывших их современниками» (л. 137а); повествование кончается на смерти шаха Тахмаспа I, борьбе между его сыновьями, кратковременном кровавом царствовании Исмаила II, его смерти и воцарении Мухаммеда Худабендэ (985-995 гг. х. — 1578-1587 гг.), отца шаха Аббаса I; (Е. G. Browne. A History of Persian Literature in Modern Times (A. D. 1500-1924). Cambridge, 1924, pp. 98-100) изложение идет в виде хроники по годам, описываются лишь главные события, сжато, без подробностей; стиль изложения прост, свободен от излишней цветистости и напыщенности, но текст обильно пересыпан стихами. Автор данной исторической хроники Хасан-бек Румлю, как показывает вторая часть его имени, происходил из -тюркского кызылбашского (Кызылбаши (по-тюркски — «красноголовые»), от красных шапок, вокруг которых обматывалась чалма. Название это дано было анатолийскими турками тюркским (туркменским) племенам Закавказья, Азербайджана и восточной части Малой Азии, объединившимся в союз вокруг сефевидов (с XIV в.). Эти племена (числом семь — устаджлю, румлю, текелю, бахарлю, вулькадар, афшар и каджар) являлись основной социальной силой, на которую опирались сефевиды (мусульмане-шииты) при созидании своего государства — современного Ирана — и в борьбе против анатолийских турок (мусульман-суннитов). Впоследствии это прозвище распространено было турками на всех жителей Ирана) племени румлю, принадлежал, надо думать, к богатому и пользовавшемуся большим значением и влиянием роду. Его деду Эмир Султану Румлю, который умер в 946 г. х. (1539/40 г.), был отдан в «тиюль» (Ленное владение, нечто вроде западноевропейского «бенефиция») целый город Казвин (л. 56а). Сам автор, как и большинство представителей кызылбашских племен, состоял в гвардии шаха. За отсутствием более подробных сведений о жизни автора, можно лишь предполагать, что он был современником и, может быть, сверстником шаха Тахмаспа I (родившегося в 919 г. х. — 1513 г.), в событиях царствования которого автор, в силу своего социального положения, видимо, участвовал непосредственно и вел изложение истории этого периода по личным наблюдениям. Эпоха предшествующая (шах Исмаил I) изложена, очевидно, по первоисточникам и рассказам лиц, непосредственно участвовавших в событиях того времени. Содержание же предыдущего (IX) тома надо рассматривать как компиляцию исторических трудов предшествующей эпохи.

"Тарих-и-алям-ара-и-Аббаси"

(Издана в Тегеране в 1314 г. х. (1896/97 г.), in folio)

Наиболее подробным и обстоятельным историческим сочинением для эпохи шаха Аббаса I Великого (1587-1628), является указанное в заголовке произведение — «Аббасова мир украшающая история». В этом труде последовательно излагается предшествующая история династии сефевидов, начиная с ее родоначальника, ардебильского шейха Сефи-эд-дина; основным [11] же содержанием его надо признать эпоху и действия шаха Аббаса I; повествование заканчивается 1038 г. х. (1628 г.), т. е. годом смерти шаха Аббаса.

«Тарих-й-алям-ара-и-Аббаси» состоит из предисловия и двух главных отделов (сахифэ), излагающих самую историю шаха от его рождения и законченных автором вместе с предисловием в 1026 г. х. (1616 г.); третий заключительный отдел дает историю ряда следующих годов, до смерти шаха.

Автор этого обстоятельного труда Искандер-бек родился около 968 г. х. (1560 г.) и происходил из туркмен Азербайджана. Ему присвоено в литературе прозвище Мунши, так как он состоял при шахе Аббасе в числе секретарей (мунши). Он находился в непосредственной зависимости от великого везира (И'тимад-уд-доуле) Хатим-бека, а после его смерти — от его сына Абу-Талиб-хана и пользовался покровительством обоих. Близость к представителям тогдашних верхов давала возможность Искандер-беку быть в курсе дел и событий, происходивших в описываемую им эпоху.

Там, где автору позволяло его официальное положение, он высказывает трезвые взгляды в объяснение поступков действующих лиц. Не будучи стеснен в пользовании современными ему официальными материалами, автор цитирует неоднократно предшествующие исторические хроники, напр. «Джихан-ара» («Нусах-и-джихан-ара» — «Мир украшающие списки») Ахмеда аль-Гаффари, «Тарих-и-ахвал-и-салятин-и-туркеман» («История жизни туркменских султанов»), (Оба эти сочинения считаются в настоящее время утраченными) и сверх того вносит в свое изложение как. результаты личных наблюдений (напр. стр. 360), так и устные рассказы очевидцев и участников событий (напр. стр. 302). Стиль изложения не перегружен чрезмерной цветистостью; излишества в этом отношении допускаются автором лишь в официально необходимых случаях, т. е. когда им излагаются действия высокопоставленных лиц — шаха и др. и подробности военных действий.

Продолжение "Тарих-и-алям-ара-и-Аббаси"

-1) «Хулясат-ус-сияр». («Краткая суть жизнеописаний». Рукопись Государственной Публичной библиотеки (Dorn 303), писанная почерком «насталик», видимо, в XI в. х. (XVII), ff. 1-127b, сочинение чрезвычайно редкое) Образованные круги иранского общества эпохи шаха Аббаса I благосклонно отнеслись к труду Искандер-бека Мунши и предложили ему продолжать свои занятия, работая над историей нового шаха Сефи I. Сначала автор, которому в момент воцарения шаха Сефи I было уже 70 лет, (f. 3ab) колебался принять это предложение, но затем согласился на лестную для него задачу и приступил к погодному изложению событий четырнадцатилетнего периода шаха Сефи 1, (f. 7a) предпослав главу с описанием [12] смены царствования (f. 4ab) и подробный очерк воспитания шахом Аббасом I внука Сам-мирзы, впоследствии шаха Аббаса XI. (f. 4b) Изложение этого отдела в общем совпадает с соответствующим описанием событий в «Тарих-и-алям-ара-и-Аббаси». Дальнейшее изложение, столь же обстоятельное и подробное, как и в «Тарих-и-алям-ара-и-Аббаси», ничем не отличающееся по стилю и содержащее данные о борьбе с хорезмскими ханами за обладание Мервом и Атеком, кончается на воцарении шаха Аббаса II (1052 г. х. — 1642 г.). (ff. 117b-120b) Непосредственно вслед за этим вскрывается интересное обстоятельство, по недосмотру пропущенное Б. Дорном: следующая глава содержит биографию автора «Хулясат-ус-сияр», которым неожиданно оказывается некий Мухаммед Ма'сум ибн Ходжаги-и-Исфахани. (ff. 120b-123b) Этот последний в начале своей придворной карьеры был шталмейстером — смотрителем шахских верблюжьих табунов и заведующим шахскими конюшнями (одна из больших придворных должностей). По словам автора, он находился на службе у шаха Аббаса I до самой его смерти в 1038 г. х. (1628 г.) в течение двенадцати лет, т. е. с 1026 г. х. (1617 г.). В течение следующего четырнадцатилетнего царствования шаха Сефи I он неизменно оставался в своей должности, продолжая заниматься литературной работой (составление сборника стихов), начатой еще при шахе Аббасе I. На четвертом году царствования шаха Аббаса II, т. е. в 1056 г. х. (1646 г.), он был назначен везиром при правителе Карабага Муртаза-кули-хане Зияд-оглы в г. Гяндже.

Наконец, автор приводит заглавие данного сочинения (f. l26b) и сообщает, что по поручению шаха Сефи I он приступил было к составлению всеобщей истории и уже довел изложение до момента непосредственно предшествующего воцарению Тимура, пользуясь книгами из шахской библиотеки, как получил распоряжение шаха приостановить работу и изложить историю только периода его царствования. (f. 127a) Согласно словам автора, он написал историю десяти лет правления шаха Сефи I, когда последовала смерть этого шаха. Таким образом остается неясным, каким образом его труд явился продолжением «Тарих-и-алям-ара-и-Аббаси»: сам ли он продолжал работу, начатую Искандером Мунши, нигде не упоминая об этом и не указав, где прервалась окончательно работа"последнего, или же позднейший редактор механически связал введение Искандера Мунши и дальнейшее изложение Мухаммеда Ма'сума; почти полное тождество стилей изложения обоих историков не дает возможности точно разграничить их работу. Наконец, пользуясь указанием автора на десятилетие, которым ограничивается написанная им история шаха Сефи I, можно истолковать его в том смысле, что он [13]начал писать историю этого шаха через четыре года после его воцарения и что история первых четырех лет написана кем-то другим — предположительно Искандер-беком Мунши.

2) «Тарих-и-Тахир-и-Вахид». Дальнейшим продолжением истории сефевидов является история, написанная Мухаммедом Тахиром и посвященная периоду шаха Аббаса II (с 1052 г. х. — 1642 г.). (В той же рукописи Государственной Публичной библиотеки в Ленинграде (по каталогу Дорна 303, ff. 128b-278а), писана тем же почерком «насталик» в XI в. х. ; труд представляет собою редкость; в одном из позднейших исторических сочинений названа «Тарих-и-джадид» (Ch. Rieu, Catalogue, p. 190a) Самой истории царствования Аббаса II предпослано введение, повествующее о рождении Аббаса и о его генеалогии. История Аббаса здесь не закончена, и повествование прерывается на 1074 г. х. (1663 г.). Насколько два предыдущих исторических труда Искандера Мунши и Мухаммеда Ма'сума можно признать обладающими умеренно-цветистым стилем, но насыщенными историческим содержанием, настолько история Мухаммеда Тахира представляется стилистически элегантной, но малосодержательной. Это и не удивительно, если мы вспомним, кто был ее автор. Состоя сначала в качестве «мунши» при великом везире Халифэ Султане, по поручению которого взялся за писание одного исторического труда, (ff. 131b, 132b) он был назначен шахом Аббасом II в 1055 г. х. (1645 г.) на должность придворного историографа (меджлис навис). (f. 159ab) Как для первой должности, так и в особенности для второй, по понятиям феодального общества того времени, требовались люди, обладавшие лишь изяществом литературного стиля, знанием тонкостей языка и неудержимой фантазией для того, чтобы уметь создавать те поразительные гиперболы и метафоры, которые являются теперь бичом для читателя-историка.

Мухаммед Тахир считался в ту эпоху первым стилистом, составил сборник образцов эпистолярного стиля и, наконец, значительное по размерам собрание поэтических произведений (диван), в которых автор значится под литературным псевдонимом Вахид, хотя эти произведения уже тогда ценились лишь в силу занимаемого автором высокого положения. Материалом для истории туркмен как в «Тарих-и-алям-ара», так и у его продолжателей являются несистематичные, рассеянные по разным годам царствований сведения о событиях в Хорасане, в Мерве и участии в них туркмен.

"Мухит-ут-таварих"

(Рукопись Института востоковедения Д 89, 1110 г. х. (1698 г.), 233 стр)

«Мухит-ут-таварих» представляет компиляцию из тридцати семи исторических и поэтических произведений, как указывает сам автор в предисловии, (Стр. 8) как бы поясняя заглавие своего труда. («Океан историй») Содержанием имеющейся [14] в Институте востоковедения АН части данного исторического сочинения, (Вся предыдущая часть сочинения, носящая, как указывалось, компилятивный характер, в списке Института востоковедения отсутствует) сверх краткого изложения предыдущей истории ханов, служат события во время правления в Бухаре Субхан-кули-хана (1091-1114 гг. х. — 1680-1702 гг.), главным образом смуты, созданные набегами ургенчского хана Ануши на Бухару, Самарканд и другие города, и взаимоотношения Субхан-кули с Мервом.

Автор истории — Мухаммед Эмин Кирак Яракчи. Язык автора — иранский язык Средней Азии (таджикский). Рукопись неполная и заключает в себе лишь десятую (последнюю) главу. Сверх материала исторических хроник, в состав истории входит несколько глав о художниках, каллиграфах и ученых эпохи. Помимо того, в конце рукописи имеются три добавочные главы: о путешествии Абдуль-Азиз-хана, брата Субхан-кули и правителя, Бухары, в Мекку, вторая и третья главы о событиях 1096 и 1097 гг. х.. (1684 и 1685 гг.).

"Надир-намэ"

Основным источником для истории Надир-шаха (ум. в 1747 г.), по богатству фактических сведений далеко оставляющим за собой не только Bcе, что известно об истории Мерва в XVIII в., но и все вообще источники по истории царствования Надир-шаха, в том числе и труд официального историка этого царствования Мехди-хана, нужно считать исторический труд, под неустановленным еще заглавием «Надир-намэ» или «Китаб-и-Надири», так как из трехтомного сочинения сохранились лишь второй и третий томы. (Рукопись-unicum Института востоковедения, 327 лл., in fol. и 251 лл. in fol. ; подробно описана В. Бартольдом в «Приложении» к протоколу X заседания Отделения исторических наук в филологии Российской Академии Наук 19 сентября 1919 г. (стр. 927-930), откуда и заимствованы приводимые сведения) В первом томе излагались события до вступления Надира на престол; второй обнимает события от его воцарения 1 рамазана 1148 г. х. (4/15 января 1736 г. } до начала войны с Турцией в 1156 г. х. (1743 г.); третий — события последних лет царствования Надира, причем рассказывается и об отступлении иранского войска из Туркестана после получения известило смерти шаха; конец сочинения принадлежит уже сыну автора, участвовавшему в отступлении из Туркестана.

Автор этого труда — Мухаммед Казим, везир г. Мерва, принимавший участие в событиях царствования Надир-шаха, например, в походах против. Бухарского и Хивинского ханств. Автор проникнут любовью к своему городу, о котором сообщает не только исторические, но и топографические сведения.

Очень подробно говорится о действиях в Мерве Надира, причем эти действия связываются с намерением совершить поход на Китай, описывается [15] недавно возникший новый г. Мерв, о котором до сих пор не было никаких известий.

Кроме событий в Мерве и вообще в Средней Азии, в которых автор непосредственно принимал участие, он подробно излагает и военные действия,, происходившие в Индии и Передней Азии.

"Тарих-и-Надири"

(Надирова История», издана в Тавризе 1266 г. х. (1849/50 г.), 166 стр)

Период правления в Иране и западной части Средней Азии Надир-шаха нашел также отражение в историческом труде «Тарих-и-Надири», иногда называемом «Тарих-и-джихан-гуша-и-Надири», но здесь меньше всего отразились не только социально-экономические, но даже политические события эпохи Надир-шаха. По содержанию это скорее всего военная история, вернее сборник военных реляций о походах и передвижениях армий, об осадах и штурмах крепостей и о больших сражениях и о мелких кавалерийских стычках. Центральными фигурами в этом повествовании являются шах и его победоносное войско. При описании их действий проявляется вторая отличительная черта, свойственная не только «Тарих-и-Надири», но в особенности второму историческому труду того же автора «Дуррэ-и-Надирэ», (По содержанию, тождественному с первым) да и не чуждая другим иранским историческим сочинениям: необычайно богатые изобразительные средства языка, доведенные до пределов совершенства стилистические приемы — метафоры, сравнения, столь излюбленные гиперболы, перифразы проходят по всему сочинению, наиболее ярко и интенсивно проявляясь при описание действий шаха и его войска. Помимо этого, повествование обильно уснащено обычными для произведений иранской изящной литературы разного рода сентенциями и кораническими выражениями,, рифмованной прозой и трафаретными лирическими введениями, большею частью в виде отрывков, заимствованных из Хафиза, наконец, неожиданными каламбурами с личными и географическими именами и остроумными коротенькими рассказами-анекдотами. Таким образом, сам собою напрашивается вывод, что в «Тарих-и-Надири» и ему подобных сочинениях мы имеем своеобразный, но определенный литературный жанр, доведенный до полного своего развития в условиях феодального общества и в соответствующей литературной среде, но эта «художественная» история — явление неновое. Если не по содержащею, то по форме мы замечаем этот жанр и у Искандер-бека Мунши и у других историков; прототип его мы видим в «Тарих-и-Вассаф» (История монголов за период 656-712 гг. х. (1258-1312 гг.); имеет и другое более изысканное название) («Истории Вассафа»). Впрочем сам автор историй Надира не скрывает своего подражания истории Вассафа, служившей ему образцом. (Ch. Riеu. Catalogue of the Persian Mss in the British Museum, p. 195) Автором этих двух историй Надир-шаха является мирза Мехди-хан. [16] Будучи литературно образован и овладев в совершенстве искусством «мунши», он занимал должность личного секретаря при Надир-шахе и находился, таким образом, в курсе всех политических событий, в некоторых из них принимая участие как доверенное лицо Надир-шаха. Литературные занятия Мехди-хана распространились на изучение произведений Мир-Али- Шира, результатом чего явился большой чагатайско-персидский словарь «Сангелях». (Ch. Riеu. Catalogue of the Turkish Mss in the British Museum, p. 265. Грамматическую часть этого труда Мехди-хана издал Е. Denison Ross под заглавием «Мабани-ль-Люгат». Этот труд Мехди-хана, на ряду с его словарем, является одним из ценнейших источников для изучения чагатайского языка; Перевод «Тарих-и-Надири» сделан на французский язык еще в XVIII в. Sir W. Jones'om: Histoire de Nader Chah. London, 1770; тел же автором опубликован английский перевод в 1773 г. Кроме тавризского, существует издание в Тегеране и Бомбее)

"Тухфат-уль-хани"

(Рукопись Института востоковедения № С 525 (1244 г. х. — 1828/29 г.) и № С 527 (1280 г. х.. — 1863/64 г)

Одним из источников, трактующих о событиях в Мавераннахре и преимущественно в Бухарском ханстве в XVIII в., служит труд, составленный в Средней Азии, излагающий события с 1134 г. х. (1721 г.) по 1170 г. х. (1756/57 г.) и озаглавленный «Тухфат-уль-хани» («Ханский подарок»). Сочинение посвящено истории правления Мухаммед Рахим-хана, и поэтому название его встречается в виде «Тарих-и-Рахим-хани». Автор этого труда Мухаммед Вефа-и-Керминеги соблюдает традиции высокого стиля с его цветистостью и напыщенностью; язык автора — иранский язык Средней Азии, т. е. таджикский. В борьбе и взаимодействии местных сил рисуются действия и роль туркмен Мерва и других местностей.

Калькулятор расчета пеноблоков смотрите на этом ресурсе
Все о каркасном доме можно найти здесь http://stroidom-shop.ru
Как снять комнату в коммунальной квартире смотрите тут comintour.net

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить