Хубилай-сэцэн-хаган (1215-1294) был великим монгольским ханом из династии Чингизидов. На Западе был известен как «Кублай-хан», а также как «Кубилай» или «Кубла».

Четвертый сын Толуя, сына Чингисхана, и принцессы кереитов Сорхахтани-беки был, таким образом, внуком великого монгольского завоевателя Чингисхана. Его мать Сорхахтани-беки была племянницей правителя союза монголоязычных племен, называемых кереитами, и исповедовала христианскую религию несторианского направления. Кереиты являются прародителями части современных национальностей Внутренней Монголии, Казахстана и Китая. Часть их потомков проживает в Тибете и Турции. Одна из столиц кереитов Урга со временем стала столицей империи Чингисхана под названием Каракорум.

khubilay-khan

Хубилай имел 3-х братьев –Мунке, Хулагу и Ариг-Буга. Будучи военачальником в войсках своего брата Мунке, получил в наместничество завоеванные к тому времени территории северного Китая в 1251г. На следующий 1252-й год совместно с военачальником Уриангадаем Хубилай вторгся в пределы южного Китая, где в то время правила китайская династия Сун. Эта попытка свергнуть Сунскую династию не увенчалась успехом и в 1258 году монголы снова предприняли наступление на Южный Китай. Поход возглавлял лично Мунке, позднее погибший при осаде города Хэчуана.
Ариг-Буга предпринял попытку захватить ханский престол и Хубилай срочно вернулся в Карокорум. В 1260 курултай, созванный в Кайпине (город, основанный Хубилаем, позже переименован в Шанду) провозгласил Хубилая великим ханом. Через месяц курултай в Карокоруме провозгласил великим ханом Ариг-Бугу. Против Хубилая и примкнувшего к нему Хулагу, выступила основная часть правящей династии Чингизидов. Хубилаю пришлось перенести столицу из Карокорума в основанный им город Даду, который со временем был переименован в Пекин.
Четыре года длилась борьба за власть между братьями. В итоге Ариг-Буга сдался на милость победителя. Под давлением своих сторонников Хубилай решил устроить суд над братом, но Ариг-Буга тяжело заболел в 1266 году и умер.

kubilay

Хубилай смог приступить к осуществлению давней мечты – завоеванию Южного Китая. Новый этап войны начался с осады крепости Сянъян, которая продолжалась с 1267 по 1273 год. Война продолжалась с переменным успехом, но в 1276 столица Сунской империи Ханчжоу была захвачена войсками Хубилая. Окончательно Сунская династия пала в 1279году.
Хубилай стал повелителем всего Китая и основал новую династию Юань, присвоив себе в 1280 году титул императора. Столица была перенесена в город Яньцзин (монгольское название Хан-Балиг). Благодаря императору монгольский язык был введен в делопроизводство Китая. Долгое время при дворе императора находился Марко Поло, путешественник и купец из Италии, проживший в Китае 17 лет.
Хан много воевал с соседями, покорил Корею, Камбоджу, Бирму, пытался завоевать Вьетнам и Японию.

Знаменитый стих написанный после путешествий Марко Поло в Северный Китай.

В стране Ксанад благословенной
Дворец построил Кубла Хан,
Где Альф бежит, поток священный,
Сквозь мглу пещер гигантских, пенный,
Впадает в сонный океан.
На десять миль оградой стен и башен
Оазис плодородный окружен,
Садами и ручьями он украшен.
В нем фимиам цветы струят сквозь сон,
И древний лес, роскошен и печален,
Блистает там воздушностью прогалин.
Но между кедров, полных тишиной,
Расщелина по склону ниспадала.
О, никогда под бледною луной
Так пышен не был тот уют лесной,
Где женщина о демоне рыдала.
Пленительное место! Из него,
В кипенье беспрерывного волненья,
Земля, как бы не в силах своего
Сдержать неумолимого мученья,
Роняла вниз обломки, точно звенья
Тяжелой цепи: между этих скал,
Где камень с камнем бешено плясал,
Рождалося внезапное теченье,
Поток священный быстро воды мчал,
И на пять миль, изгибами излучин,
Поток бежал, пронзив лесной туман,
И вдруг, как бы усилием замучен,
Сквозь мглу пещер, где мрак от влаги звучен,
В безжизненный впадал он океан.
И из пещер, где человек не мерял
Ни призрачный объем, ни глубину,
Рождались крики: вняв им, Кубла верил,
Что возвещают праотцы войну.
И тень чертогов наслажденья
Плыла по глади влажных сфер,
И стройный гул вставал от пенья,
И странно-слитен был размер
В напеве влаги и пещер.
Какое странное виденье --
Дворец любви и наслажденья
Меж вечных льдов и влажных сфер.
Стройно-звучные напевы
Раз услышал я во сне,
Абиссинской нежной девы,
Певшей в ясной тишине,
Под созвучья гуслей сонных,
Многопевных, многозвонных,
Ливших зов струны к струне.
О, когда б я вспомнил взоры
Девы, певшей мне во сне
О Горе святой Аборы,
Дух мой вспыхнул бы в огне,
Все возможно было б мне.
В полнозвучные размеры
Заключить тогда б я мог
Эти льдистые пещеры,
Этот солнечный чертог
Их все бы ясно увидали
Над зыбью, полной звонов, дали,
И крик пронесся б, как гроза:
Сюда, скорей сюда, глядите,
О, как горят его глаза!
Пред песнопевцем взор склоните,
И этой грезы слыша звон,
Сомкнемся тесным хороводом,
Затем что он воскормлен медом
И млеком рая напоен!
— Сэмюэль Тэйлор Кольридж, 1798

Оставил нам Марко Поло и превосходное описание внешности Хубилай-хана (его он называет Кублаем): "Великий государь царей Кублай-хан с виду вот каков: роста хорошего, не мал и не велик, среднего роста; толст в меру и сложен хорошо; лицом бел и как роза румян; глаза черные, славные, и нос хорош, как следует".

marko-polo-1270

По мнению Лоуренса Бергрина, "это описание несколько идеализировано: портреты хана в зрелом возрасте изображают его весьма заметно тучным и важным, но при этом великодушным"{181}.
Описав внешность великого хана, Марко Поло затем подробно и со знанием дела рассказывает о том, как для него выбирали жен и наложниц, какие порядки были установлены в брачных покоях хана: "Законных жен у него четыре, и старший сын от них станет по смерти великого хана царствовать в империи; называются они императрицами и каждая по-своему; у каждой свой двор, и у каждой по триста красивых, славных девок. Слуг у них много, евнухов и всяких других, и служанок; у каждой жены при дворе до десяти тысяч человек.

Всякий раз, как великий хан пожелает спать с какою женою, призывает ее в свой покой, а иной раз сам идет к ней.

Есть у него и другие подруги, и скажу вам что, нужно знать, что есть татарский род миграк, народ красивый; выбирают там самых красивых в роде сто девок и приводят их к великому хану; великий хан приказывает дворцовым женщинам смотреть за ними, а девкам спать с теми вместе на одних постелях, для того чтобы разведать, хорошо ли у девок дыхание, девственны ли они и совсем ли здоровы.
После этого начинают они прислуживать великому хану вот каким образом: три дня и три ночи по шести девок прислуживают великому хану и в покое, и в постели; всякую службу исправляют, а великий хан всё, что пожелает, то делает с ними. Через трое суток приходят другие шесть девок, и так во весь год, через каждые три дня и три ночи меняются шесть девок"{182}.
Зачисление Марко Поло в придворные

Сериал про Марко Поло

marko-polo

Но это всё он узнает о Хубилай-хане потом, и рассказ его можно было бы продолжать и продолжать, но, как совершенно верно замечает Генри Харт, "нет необходимости испытывать добрую волю читателей, пересказывая книгу путешественника"{183}. Для нас тут важно другое - то, что Хубилай-хан охотно завязал с Никколо и Маттео Поло беседу, расспрашивая о их здоровье, жизни и о делах, которые они имели по его поручению с "главным понтификом". Он хотел во всех подробностях разузнать обо всех их приключениях, начиная с того дня, как они много лет назад отбыли с ханского двора. Затем венецианцы представили ему подарки и письма, доверенные им папой Григорием X, а также вручили сосуд с маслом, что было взято из лампады у Гроба Господня в Иерусалиме. Его они чудом сумели сохранить при всех злоключениях и опасностях долгого пути от берегов Средиземного моря.

Хубилай-хан, принимая сосуд с маслом, обрадовался, ибо "святое масло ценил он дорого". Короче, он всем видом показал, что очень доволен, и такое сочетание благочестия и наивности, как ни странно, было весьма типично для воинственных монголов. И в связи с этим хотелось бы отметить, что невозможно себе представить, чтобы римский папа или какой-то другой западный лидер так же принял бы какую-то монгольскую реликвию, сколь бы важной она ни была. Скорее она была бы воспринята как заморская диковина - не более того.
А потом в честь дорогих гостей из далекой земли при дворе было организовано великое веселье и большой пир, какого венецианцы не видели никогда в жизни.
Но для нас тут важно не это, а то, что Хубилай-хан конечно же заметил двадцатилетнего Марко, стоявшего при первой встрече, как полагалось, в стороне и не вмешивавшегося в разговор старших.
И вот, наконец, последовал вопрос, что это за молодой человек, и Никколо Поло ответил:
- Государь, это мой сын, а тебе он слуга. Как самое дорогое мне на свете, с великими опасностями привез я его сюда издалека, чтобы отдать тебе в ус-лужение.
Великий хан довольно кивнул головой и сказал:
- Добро пожаловать, и пусть будет так. После этого Марко Поло тотчас же был включен в число придворных.
Можно себе представить, как запылали тогда щеки молодого венецианца, понимавшего, что его знакомят со столь важной персоной. От осознания значительности происходившего он едва не потерял сознание.

Благосклонность Хубилай-хана стала поворотным пунктом в жизни молодого Марко Поло. С этого момента он вышел из тени своего отца и дяди и стал самостоятельным действующим лицом.
Любознательность Марко и его пытливый характер идеально подошли Хубилай-хану. То есть, по сути, император удивительным образом распознал, что за надежды подает наблюдательный пришелец с Запада, "избавил Марко от венецианских ограничений, и под влиянием хана тот начал превращаться в путешественника, оставившего след в истории. На протяжении семнадцати лет потом Марко Поло и Хубилай-хан образовали весьма необычное партнерство повелителя и слуги, ученика и учителя и даже отца и сына"{185}.
А потом, как говорится в книге Марко Поло, молодой венецианец "присмотрелся к татарским обычаям и научился их языку и письменам", а Хубилай-хан, в свою очередь, неизменно "был к нему милостив"{186}.
Книга писалась со слов самого Марко Поло (подробно об этом будет рассказано ниже), а посему подобные слова выглядят не слишком скромно. Но в данном случае это не беда. Это не недостаток ума, а то, что проистекает из преувеличенной гордости. И к тому же скромность - это не только украшение человека, но еще и кратчайший путь в неизвестность…
Ханбалык (Камбалу)

Интересным представляется вопрос: что же это за город, который Марко Поло называет "великим городом Камбалу"?
По официальной версии, до монгольского вторжения он назывался Чжунду. В 1215 году он был взят и сожжен монголами, однако в 1264 году великий хан Хубилай решил вновь отстроить его и превратить в собственную столицу. Строительством руководили архитекторы Лю Бинчжун и Амир-ад-Дин.
В тот же год началось возведение стен, а строительство ханского дворца велось с 1274 года.
В 1271 году, после основания династии Юань, Хубилай переименовал город в Даду ("великую столицу"), а его предыдущая резиденция Шанду приобрела статус летней.
Как мы уже говорили, Ханбалык - это тюркское название, которое переводится как "обитель хана". Считается, что Ханбалык - это то, что теперь стало Пекином.
На разных языках Ханбалык назывался по-разному: Камбалук, Канбалук, Кабалут, Ганбалу, Канбалу, Камбалу и т. д. В течение нескольких столетий историки искали этот город и в Тибете, и в Монголии, и даже на территории нынешней России.

По одной из версий, например, некий Камбалык был показан на старинных картах в верховьях Оби. Некоторые даже с уверенностью говорят о том, что географические координаты города, снимаемые со средневековых карт, до градуса совпадают с координатами города Томска.
Большинство историков сходятся во мнении, что Марко Поло прожил много лет именно в Хан-балыке. Но при этом известно, что Ханбалык в 1215 году был уничтожен монголами. А вот в книге Марко Поло написано, что Камбалу никем не разрушался и представлял собой цветущий город: "Домов и народу в этом городе, и внутри, и вне, превеликое множество. Что ни ворота, то предместье; двенадцать, значит, больших предместий, а народу в них не сосчитать; в предместьях жителей более, нежели в городе, там пристают и живут и купцы, и все, кто приходит по делам; а приходит многое множество ради великого хана; и купцы, и другие люди приходят сюда по своим делам, потому что город торговый"{187}.
По идее, вновь отстроенный Ханбалык должен был бы быть молодым городом с соответствующими не самыми крупными размерами. Но по информации Марко Поло, это был "большой и знатный старый город", "а величиною этот город вот какой: он квадратный, в округе двадцать четыре мили; все четыре стороны равны; обнесен он земляным валом <…> стена зубчатая, белая; в ней двенадцать ворот, и у каждых ворот по большому и красивому дворцу; на каждой стороне по трое ворот и по пяти дворцов, потому что тут в каждом углу еще по дворцу"{188}.
Для сравнения: тысячелетний Константинополь во времена Марко Поло имел периметр в 18 миль (почти 30 километров).
А может быть, это все-таки разные города, расположенные в совершенно разных местностях, имеющие совершенно разный возраст и историю?

Император неоднократно пытался покорить Японию. Силами покоренных народов Кореи и Китая был построен флот. В 1274 году порядка 900 судов доплыло до Японии и монголы высадились на остров Кюсю. Однако японцам удалось оттеснить захватчиков обратно на корабли. Войскам Хубилая пришлось вернуться на континент.
Хубилай потратил семь лет на подготовку нового вторжения в Японию. В 1281 году 4400 судов появились у берегов Японии. Военная компания шла с переменным успехом, но сильный тайфун разрушил флот завоевателя. Японцы назвали этот тайфун божественным ветром («камикадзе»). Потеряв почти весь флот, Хубилай вынужден был отказаться от попыток захватить Японские острова.
В Улан-Уде, современной столице Монголии, в 2006 году были установлены памятники Чингисхану, Угедею и Хубилаю.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить